Спонсоры:
Спонсоры:

Агасси Андре

image

(род. в 1970 г.)

Неоднократно возглавлял список лучших теннисистов мира. Признан самым реактивным игроком с особо мощным ударом. Чемпион Олимпийских игр (1996 г.), дважды обладатель Кубка Дэвиса и трижды Кубка Большого шлема. Входит в сильнейшую пятерку игроков в истории тенниса, которые сумели собрать весь букет титулов турниров Большого шлема на трех различных покрытиях: хард, грунт, трава.

Большинство спортивных журналистов, анализируя спортивные достижения Агасси, сходятся в одном: он был обречен на победы, как, впрочем, и на карьеру теннисиста. Об этом позаботился его отец Майк Агасси, с детских лет очарованный прекрасной игрой. Но ему, сыну армянского торговца коврами, теннисистом стать не довелось. Жизнь в тогдашнем Тегеране требовала других навыков: Майк выбрал карьеру боксера и достиг на ринге серьезных спортивных успехов — выиграл чемпионат Ирана, а на Олимпиаде в Лондоне проиграл только в четвертьфинале. Игры в Хельсинки-52 были менее удачными, но имя себе Агасси-старший сделал. Так что к родственникам в Соединенные Штаты он приехал, можно сказать, не с пустыми руками, а с железными кулаками. Агасси продолжал выходить на профессиональный ринг, прибыльно участвовал в «черном тотализаторе», а затем перебрался из Чикаго в Лас-Вегас, где занял должность помощника генерального менеджера отеля «Цезарь-палас». Но теннисом Майк Агасси бредил по-прежнему, поэтому, даже сильно потеряв в зарплате, стал директором теннисного клуба в том же отеле. К тому времени он уже был женат на скромной кассирше Бетти Джоунс и приступил к реализации своей мечты — произвести на свет будущего короля ракетки. Первые три попытки оказались неудачными: две дочери, Рита и Тами, и сын Фил с врожденным пороком сердца. Но Агасси-старший дождался своего часа — 29 апреля 1970 г. родился будущий чемпион — Андре. И чего только ни делал отец, чтобы с младенчества передать сыну свою любовь к теннису: стены детской были выкрашены в зеленый цвет корта, везде висели портреты знаменитых мастеров, вместо погремушек в руки младенцу вкладывались игрушечные ракетки и теннисные мячики. Уже в трехлетнем возрасте Андре тренировался по четыре часа в день, нанося по мячу не менее 800 ударов. Майк Агасси мог гордиться способностями своего сына: через несколько лет Андре делал четыре тысячи ударов только во время двухчасовой утренней тренировки, а в пять с половиной лет, легко разделавшись с соперниками, выиграл свой первый турнир — чемпионат Лас-Вегаса среди детей. Отец стал не только его тренером, но и первым «пиарщиком» сына. Журналисты и телевизионщики всегда оказывались рядом, чтобы вовремя запечатлеть юркого вундеркинда. Папаша позаботился, чтобы были увековечены и несколько уроков, которые преподал Андре Джимми Коннорс, приехавший на турнир «Матч поколений», а спустя годы продал этот 30-минутный фильм за 150 тысяч долларов. Сын, находивший у отца поддержку во всем, умел извлекать выгоду из своего положения будущего чемпиона: домашнюю работу оставлял для брата и сестер, учился спустя рукава, да и самоуверен был сверх меры. За что и был посрамлен на чемпионате штата Калифорния. Уверенно выиграв все матчи, американский мальчик неожиданно проиграл в финале какому-то полугреку Питу Сампрасу (впоследствии своему вечному и самому трудному противнику на корте). Оказалось, что несмотря на наличие 11 теннисных пушек во дворе дома и умение отбивать по миллиону мячей в год, кто-то может играть лучше него. Агасси-старшему пришлось признать, что «спортивных генов», страсти к победе и желания сделать из сына первую ракетку в мире маловато и что 14-летнему Андре срочно нужен хороший тренер, который обеспечит классический уровень подготовки. Им стал Ник Боллетьери из теннисной академии во Флориде, взрастивший не одного чемпиона. Юное дарование было по спортивным меркам перестарком, но подготовку имело недюжинную, и опытный тренер взялся отшлифовать талант Андре, даже несмотря на то что его отец ухитрился при заключении контракта снизить стоимость обучения с 3000 до 800 долларов в месяц, исключив из программы все, что не относилось к теннису. Но и в академии сорванец Агасси особого рвения в изучении премудростей игры не проявлял. На корте ему хватало врожденного таланта, а вне его он тем более ничем не напоминал серьезного спортсмена: одевался, как попугай, экспериментировал с прическами, с невинной наглостью при строгом запрете «коллекционировал» бутылочки из-под виски и текилы. Даже наказать его не было никакой возможности. Трудовую повинность Андре превращал в дуракаваляние: подстриженные кусты походили на произведения абстракционистов, а вымытые машины сохли несколько суток, будто их вытащили из реки.

Читать дальше