Спонсоры:
Спонсоры:

Шостакович Дмитрий Дмитриевич

image

(род. в 1906 г. — ум. в 1975 г.)

Русский композитор, пианист, педагог. Сочинения: оперы «Нос», «Катерина Измайлова»; балеты «Золотой век», «Болт», «Светлый ручей»; музыкальная комедия «Москва-Черемушки»; 15 симфоний для симфонического оркестра; концерты с оркестром — два для фортепиано, два для скрипки, два для виолончели; камерно-инструментальные ансамбли — сонаты для скрипки, альта, виолончели с фортепиано; четыре балетные сюиты; 24 прелюдии; 15 струнных квартетов, романсы; музыка к кинофильмам «Златые горы», «Встречный», «Юность Максима», «Возвращение Максима», «Человек с ружьем», «Пирогов», «Овод» и др.

Как человек Дмитрий Шостакович принадлежал к тому поколению интеллигенции, которому предстояло жить в непростых условиях государственного строя, диктовавшего свою идеологию и свой способ мышления. Но как гениальный композитор он создавал музыку, выходящую за рамки любого режима, то есть такую, которая больше принадлежит будущему, чем сиюминутному и «злободневному». Этот композитор всегда шел своим, подчас трудным путем исканий, философски осмысливая время и творчески обогащая наследие классиков. Дмитрий Дмитриевич Шостакович родился в Петербурге 25 сентября 1906 г. в семье инженера-химика, сотрудничавшего с самим Менделеевым. И отец, Дмитрий Болеславович, и мать, Софья Васильевна, были поклонниками музыки, часто звучавшей в их доме. Игре на фортепиано девятилетний Митя сначала учился дома под руководством матери, а затем продолжил учебу в школе Гляссера, известного музыкального просветителя. У него мальчик стал играть сложные сонаты Моцарта, Гайдна, «Маленькие фуги» Баха. В тринадцатилетнем возрасте Шостакович поступил в Петроградскую консерваторию. Ее директор А. К. Глазунов сразу разглядел в одаренном подростке яркую личность и посоветовал Дмитрию одновременно заниматься и по классу фортепиано, и по классу композиции. Так учителями Шостаковича стали замечательные русские музыканты М. Штейнберг и Л. Николаев. Учился молодой человек блестяще, с легкостью овладевая тем, что другим давалось с большим трудом. Достаточно сказать, что за четыре года он окончил полный курс фортепианной игры, а еще через два года — полный курс композиции. Таким образом, в девятнадцать лет, в возрасте, в котором многие лишь переступают порог высшего учебного заведения, Шостакович уже выходил на путь самостоятельной деятельности, имея в своем активе собственные сочинения — пьесы для фортепиано, оркестровое скерцо, пьесы для виолончели с оркестром и Первую симфонию — произведение удивительной зрелости для столь юного автора. Триумфальная премьера Первой симфонии прошла в мае 1926 г. в Ленинграде в Большом зале филармонии. На следующий день имя молодого композитора стало знаменитым, его произведением заинтересовались многие дирижеры, вскоре она транслировалась по радио, а в 1927 г. была впервые сыграна за границей. Эту «весеннюю» симфонию слушатели полюбили за юношеский оптимизм и свежесть звучания, и лишь со временем стало заметно, что эта музыка является глубокой и сложной психологической драмой. Как сын своего времени, Шостакович, конечно же, не мог пройти мимо революционной темы. Ей посвящены Вторая симфония («Октябрю») и Третья («Первомайская»), написанные в 1927—1929 гг. и приуроченные к новым советским праздникам. И хотя оба эти произведения свидетельствовали об искреннем желании молодого композитора откликнуться на идеи новой жизни, музыка оказалась сложной для восприятия и, возможно, потому особых восторгов у критиков не вызвала. А уж появление в конце 1920-х годов оперы «Нос» по повести Гоголя и балета «Золотой век» и вовсе вызвали раздражение советских чиновников от музыки. В печати появились статьи о «тлетворном влиянии Запада», модернистских тенденциях и заумном экспериментаторстве. Композитора упрекали в создании противоестественных вокальных мелодий и звукоподражательных эффектов. А между тем, обращение к произведению великого русского писателя сыграло важную роль в становлении Шостаковича как художника, выявило своеобразие его таланта. Опера «Нос» стала подлинным пиршеством музыкального гротеска и театра абсурда. Кроме того, это еще и пародия на классическую оперу и оперные формы: возвышенных героев заменила серая, абсолютно безликая масса. Никогда более Шостакович с такой откровенностью и прямотой уже не сможет рассказать, как ужасна и бесчеловечна власть ничтожеств!

Читать дальше