Спонсоры:
Спонсоры:

Гудон Жан Антуан

В 1764 г. Гудон уезжает в Рим. Согласно распространенной по всей Европе академической системе обучения он обязан был делать копии скульптур на темы классической мифологии, и его первой работой в этом направлении была небольшая по размерам «Весталка» (1767— 1768 гг.) — довольно свободно трактованное повторение античной статуи. Причем скульптор несоизмеримо улучшил скучный эллинистический оригинал, придав ему нежность и женственность, характерную для стиля рококо, сохранив при этом специфически классический дух. В дальнейшем он часто возвращался к этому образу, как и ко многим другим, иногда просто копируя свое произведение в разных материалах — гипсе, мраморе, терракоте, бронзе, — а иногда создавая варианты, различающиеся в деталях. К римскому периоду творчества Гудона относятся такие работы, как «Святой Бруно», «Святой Иоанн Креститель» (обе в 1766—1767 гг.), «Жрец Луперкалии» (1768 г.) и другие, а также широко известная скульптура «Экорше» (1766—1767 гг.) — человека с обнаженными мускулами, — слепки и копии которой стали необходимым атрибутом художественных школ Европы и Америки вплоть до наших дней. Более того, ею при обучении пользовались даже медики. Интересно, что эта выдающаяся и, пожалуй, самая любимая анатомическая модель в истории скульптуры поначалу была всего лишь гипсовым эскизом для «Иоанна Крестителя». Фигура, созданная на основе глубокого изучения анатомии на трупах в больнице Святого Людовика Французского, изображена в медленном движении с протянутой в благословении правой рукой и сама по себе является шедевром скульптурного мастерства. Эта поза была полностью перенесена в первый, несохранившийся вариант «Иоанна Крестителя», исполненного, как и «Святой Бруно», по более чем почетному для начинающего художника заказу настоятеля церкви Санта Мария дельи Анжели. Много позже Гудон создал другую, бронзовую фигуру «Экорше» (1792 г.), слегка изменив положение рук. В ноябре 1768 г. Жан Антуан вернулся в Париж. Закончился период ученичества, и теперь перед молодым скульптором стояла задача стать независимым мастером, добиться признания на родине, а заодно приобрести приличествующее его способностям материальное положение. В 1769 г. на основании исполненных в Италии работ Гудон без труда был причислен к академии, что давало ему право выставляться в двухгодичных академических Салонах, а значит, иметь возможность показать свои произведения публике и, что более важно, вероятным высоким покровителям. Начиная с этого времени скульптор участвовал почти во всех подобных выставках вплоть до 1814 г. Первым значительным произведением Гудона по возвращении во Францию был портретный бюст философа Д. Дидро (1771 г.), открывший целую галерею образов — как современников, так и великих людей прошлого: Мольера (1778 г.), Ж. Ж. Руссо (вариации в 1778—1779 гг.), О. Г. Мирабо (1791 г.) и др. После этой работы художнику поступили заказы со стороны герцога Саксен-Готско-го, небольшое княжество которого в Германии он посетил накануне, и российской императрицы Екатерины II, ставшей первой царствующей покровительницей скульптора. В 1773 г. мастер исполнил мраморный бюст Екатерины Великой, в котором прекрасно передал сходство с оригиналом, причем не только внешнее, но и характерное, хотя в своей работе был вынужден опираться лишь на картины, рисунки или гравюры французских авторов. Портрет императрицы начисто опровергает устоявшееся мнение о том, что Гудон не мог эффективно работать, не имея перед собой живой модели. Действительно, мастер зачастую производил тщательные обмеры портретируемого, делал гипсовые слепки головы и отдельных частей фигуры, а иногда, как в случаях с Мирабо и Руссо, даже снимал посмертные маски. Но все эти действия лишь облегчали труд скульптора, но никак не являлись решающими. Доказательством тому могут служить и портреты давно ушедших из жизни Мольера и Ж. де Лафонтена (ок. 1781 г.), поражающие точной передачей характерных черт. Следует отметить, что, несмотря на великолепное умение обрабатывать мрамор, Гудон был в первую очередь лепщиком, а не резчиком. Сначала он работал с глиной, а затем делал гипсовую форму, которая хранилась в мастерской и давала ему возможность повторять свои произведения в гипсе, терракоте, бронзе или мраморе до тех пор, пока на них существовал спрос. Причем, прекрасно владея литейной техникой, скульптор лично участвовал в отливке бронзовых статуй, делая окончательную доработку с помощью скребка и оставляя поверхность шероховатой, а не тщательно отполированной, как в более поздних, не авторских копиях. Хотя Гудон и вошел в историю прежде всего как скульптор-портретист, его творческой натуре больше импонировали темы, почерпнутые из истории, религии или мифологии. Известно, что он постоянно искал заказы на крупномасштабные произведения, и на протяжении всей жизни, говоря о своих художественных достижениях, обычно выделял именно статуи, такие, как «Святой Бруно», «Экорше» или «Диана» (1776 г.). О последней следует сказать особо. Тема богини-охотницы восходит к античности и вполне традиционна для искусства начиная с эпохи Ренессанса. Однако гудоновская «Диана» имела две отличительные особенности — быстрое движение и полную наготу. Мастер добился иллюзии бега, заставив богиню сохранять равновесие, стоя на пальцах одной ноги. Лишь в мраморном варианте 1780 г. был добавлен куст тростника для создания дополнительной опоры. Статуя, шокировавшая государственных чиновников, имела такой успех у публики, так была воспета поэтами и расхвалена критиками, как ни одно другое произведение Гудона. Однако скульптор все же предпочел не выставлять ее в Салоне, и желающие могли любоваться чистым классическим изяществом «Дианы» в мастерской художника.

Читать дальше