Спонсоры:
Спонсоры:

Микеланджело

С 1535 по 1541 г. Микеланджело работал над огромной фреской «Страшный суд» для алтарной стены Сикстинской капеллы. С первого взгляда это произведение, имеющее самостоятельное значение в ансамбле капеллы, потрясает своей динамикой и огромным монументальным размахом. Но еще при жизни мастера оно вызвало резкую критику в контрреформационных кругах. Говорили, что подобная фреска, в обилии изображающая обнаженные фигуры, более подходит для украшения бани, нежели для папской капеллы. Даже знаменитый Эль Греко, посетив Рим в 1570 г., предложил сбить фреску и написать новую, утверждая при этом, что «хороший человек был Микеланджело, но он не умел писать». С годами слава непревзойденного скульптора становилась все шире, заказы шли к нему беспрерывно. Герцог Козимо уговаривал его возвратиться во Флоренцию, король Франции внес на его имя деньги в римский банк, на тот случай, если Микеланджело пожелает ваять или писать для него, а турецкий султан приглашал художника в Константинополь, предлагая выслать за ним целый эскорт. «Где бы ни задумывалось крупное произведение искусства — "Матерь Божья, утоли моя печали" для короля Португалии, надгробие для одного из отпрысков Медичи в Милане, герцогский дворец во Флоренции, — к Микеланджело обращались за советом, обсуждали с ним намеченный проект и имена художников, которые могли бы выполнить работу», — так писал об этом периоде жизни мастера И. Стоун в своем романе «Муки и радости». Последние двадцать лет жизни Микеланджело мало занимался скульптурой и живописью. Глубокий старец, он на 45 лет пережил своего старшего современника Леонардо и на 44 года Рафаэля, который был моложе его. Один за другим умирали родственники, друзья, сверстники, а он продолжал жить — жить в новом и чуждом ему мире, когда у власти стояли совершенно иные люди, которым светская культура Возрождения была чужда. На склоне лет Микеланджело, не удовлетворенный окружавшей его действительностью, все помыслы сосредоточил на «вечных» вопросах бытия — жизни и смерти, любви и ненависти, добре и зле, человеческих страданиях и спасении своей души. Все более углубляясь в мир личных трагических переживаний, состарившийся мастер находит себя в лирике и архитектуре, которые более подходили для воплощения его возвышенных чувств, нежели скульптура и живопись. В эти годы он написал особенно много стихотворений, достигнув в своих поздних лирических творениях подлинно поэтических высот. Поэзия зрелого Микеланджело порою трудна для понимания, но ее неизменно отличает философская глубина мысли, изящная красота и пластическая выразительность слова. В последние годы жизни мастер более всего занимался архитектурой. Специального архитектурного образования у Микеланджело не было, но к этой новой и трудной для него профессии он подошел с позиции скульптора. Недаром он утверждал, что «архитектурные члены зависят от членов тела. И кто не был или не является хорошим мастером фигуры, а также анатомии, тот не сможет это уразуметь...» Уже современники великого мастера полагали, что выдвинутые им архитектурные идеи «открывают новую главу в истории итальянского зодчества». Действительно, в своих архитектурных творениях Микеланджело решительно порвал с классическими канонами. Еще в 1520-е гг. им был создан проект Лауренцианы, первой публичной библиотеки в Западной Европе, все остальные архитектурные работы относятся к последнему периоду жизни мастера, когда в 1546 г. он был назначен главным архитектором собора Св. Петра. Другими крупными архитектурными работами Микеланджело было оформление Капитолийского холма, строительство церкви Сан Джо-ванни и арки «Порта Пиа». В последней из этих работ Микеланджело смело порвал с традициями. Столь непохожая на римские триумфальные арки и средневековые ворота «Порта Пиа» соединяет в себе настолько необычные детали, что ей трудно подыскать близкую аналогию в античной и ренессансной архитектуре. Создав подобное творение, мастер словно в «последний раз бросил вызов классицистам всех времен и всех мастей». Но как прирожденный скульптор, Микеланджело все же не мог полностью отказаться от камня. Страдая от старческой бессонницы, он брал среди ночи молот и резец и при свете свечи принимался за работу. Те немногие скульптуры, которые ваятель успел выполнить в последние годы жизни, раскрывают только одну тему — тему страданий и смерти Христа («Положение во гроб», «Оплакивание Христа»). Чем старее становился Микеланджело, тем чаше его посещали мысли о смерти. «Если жизнь нам нравится, то поскольку смерть есть дело рук того же мастера, она не должна нам не нравиться», — говорил он. Готовя себя к мудрому приятию неизбежного ухода, Микеланджело уже в 1547 г. приступил к выполнению скульптурной композиции «Положение во гроб» для собственной гробницы. Самым последним скульптурным произведением Микеланджело и наиболее трагичным по своему замыслу является композиция «Пьета Ронданини», над которой он работал за неделю до смерти. Почувствовав недомогание во время работы, старый мастер был вынужден лечь в постель. 18 февраля 1564 г. его не стало. Незадолго до смерти он приказал уничтожить все находящиеся в доме рисунки, «чтобы никто не видел его упорных трудов и опытов». Точно так же много лет назад он уничтожил все этюды, наброски и картоны, созданные в процессе работы над росписью потолка Сикстинской капеллы. По словам Бернини, будучи уже на смертном одре, Микеланджело сказал, что «он раскаивается в двух вещах: он не сделал для спасения своей души все то, что он обязан был сделать, и во-вторых, он должен умереть тогда, когда он только начал читать по слогам в своей профессии». Римляне не хотели отдавать тело великого мастера флорентийцам. Поэтому агенты Козимо Медичи похитили его ночью и под видом тюка с товаром доставили во Флоренцию. Прах прославленного скульптора и поныне покоится во флорентийской церкви Санта Кроче. Часто Микеланджело приходилось слышать от современников о своей эпохе: «Это гиблое время для художника, потому что человеческий разум исчерпал свои возможности. Все, что можно было узнать, уже узнали, все, чего можно было достичь, достигнуто, все, что мыслимо изобрести, изобретено». Но скульптор возражал им: «Это совсем не правда. Человеческий разум рождается вновь всякое утро, вместе с восходом солнца. Человечество придумает машины, предложит идеи, которые пока непостижимы для нас. Человеческий разум никогда не заставят склониться, его работу не остановят, он будет крепнуть и развиваться, пока не угаснет солнце». Эти замечательные слова великого мастера наилучшим образом подтверждает все его искусство. Недаром американский публицист Пол Расселл писал о Микеланджело: «Он до сих пор посредством своих творений влияет на наше видение самих себя. Руки этого величайшего скульптора продолжают лепить наш мир».