Спонсоры:
Спонсоры:

Рембрандт

Вернувшись в 1625 г. в родной Лейден, девятнадцатилетний Рембрандт стал независимым художником. Вместе со своим земляком и соучеником Яном Ливенсом он открыл в Веддестеече мастерскую. Доход от нее был не велик: только плата от шести учеников и то, что удавалось выручить от продажи картин и офортов в Амстердаме. Были, правда, и не частые заказы. Так, в 1625 г. Рембрандт написал по просьбе своего лейденского покровителя, гуманиста Петруса Скивериуса, одно из первых сохранившихся полотен — «Избиение Святого Стефана». Все произведения, созданные им в 1620-е гг., в основном были посвящены библейским сюжетам и написаны в духе Ласт-мана («Валаамская ослица», «Изгнание торгующих из храма», обе в 1626 г.; «Притча о неразумном богаче», 1627 г.; «Отречение Петра», 1628 г.; «Христос в Эммаусе» и др.). Но в них нет прямого подражания. Напротив, чувствуется, что молодой художник, стремясь к творческой самостоятельности, переосмысливает манеру учителя, увиденные им полотна караваджистов и много экспериментирует. Результаты этих поисков, удивительные для его возраста, не могут не впечатлять. Каждую работу Рембрандта лейденского периода без всякого преувеличения уже можно назвать шедевром. К примеру, небольшая картина «Товий и Анна с козленком» (1626 г.) поражает не только замечательной игрой красок, но и несвойственным для голландской живописи того времени психологизмом характеристик героев. Можно лишь поражаться столь глубокому проникновению в образы, которые проявляет здесь двадцатилетний художник, изображая старого, слепого, обнищавшего Товия и обиженную его несправедливыми подозрениями Анну. Еще в большей степени Рембрандт подчиняет все подвластные ему живописные средства созданию образа большой духовной силы в картине «Размышление апостола Павла» (1629—1630 гг.). В ней нет видимого действия и так любимых голландскими мастерами бытовых деталей — перед зрителем только один герой, седобородый старец, задумавшийся над раскрытым фолиантом. Его облик, выхваченный из темноты кельи отсветами пламени свечи, полон величия, достоинства и душевного благородства. И кажется, что это не от свечи, а от него самого исходит свет — свет мудрости и человечности. А в картине «Притча о неразумном богаче» то же ночное освещение Рембрандт блестяще использует, чтобы показать жалкую, согбенную над бумагами и деньгами фигуру менялы, настороженно вглядывающегося в окружающую его темноту. Еще большее мастерство он проявляет в лучшей картине лейденского периода — «Плач Иеремии о разрушенном Иерусалиме» (1630 г.). Здесь свет, исходящий от пламени, объявшего город, мягкий и сдержанный колорит позволяют художнику создать не только яркий, но и драматичный образ пророка. Это были первые, но уже довольно уверенные шаги живописца на пути покорения света. Но такого рода новаторские эксперименты мало кого интересовали в тихом Лейдене. По-настоящему оценить их смог только заезжий гость — секретарь принца Оранского Константин Хейгенс. Попав в мастерскую Рембрандта, этот знаток и коллекционер живописи был буквально потрясен картиной «Иуда возвращает тридцать сребреников» (1629 г.). Под впечатлением от увиденного он написал: «Я утверждаю, что никакому Апеллесу или Паррасию* никогда не удавалось и не удалось бы, вернись они на землю, сотворить то, что какой-то голландский мальчишка, мельник, у которого и борода-то еще не растет, смог выразить в человеческом лице». Поддержка и признание Хейгенса окрылили юношу, и он решил вновь испытать свои силы в столице. Но попасть в Амстердам ему пришлось только в 1631 г., после смерти отца. Теперь он навсегда оторвался от родного дома. Период юности закончился — впереди была взрослая жизнь. Покорение столицы началось с небольшой лавочки, в которой Рембрандт вместе со своим новым другом Хендриком ван Эйленбюрхом основывает так называемую академию живописи, реставрации и торговли картинами. В первые годы амстердамской жизни художник работает преимущественно как портретист, используя уже имеюшийся у него опыт в этой области. Но если дома ему приходилось писать в основном друзей и близких (портрет матери, 1628 г.; отца, 1630 г.; «Бюст мужчины в высокой шляпе», 1630 г. и др.), а также автопортреты («Автопортрет с латным нашейником», ок. 1629 г.), то здесь его моделями становятся государственные чиновники и бюргеры, священнослужители и строгие пожилые дамы, представители науки и искусства. Среди десятков портретов, созданных живописцем с 1631 по 1635 г., наиболее интересны «Портрет мужчины за конторкой» (1631 г.), «Портрет Бургграфа», «Портрет корабельного мастера и его жены» (оба в 1633 г.), «Портрет Мартина Дай», «Портрет Мартена Соольманса» (оба в 1634 г.), «Портрет художника Жака де Гейна» (1635 г.). И везде помимо передачи идеального сходства Рембрандт находит яркую социальную характеристику портретируемых. В короткое время он становится самым модным портретистом Амстердама, вхожим в гостиные знати. Количество заказов растет, как и гонорары художника: изображение одного лица стоит 50 гульденов, портрет в полный рост — 500. Вершиной портретного мастерства Рембрандта становится картина «Урок анатомии доктора Тульпа» (1632 г.), написанная по заказу корпорации хирургов. В этом групповом портрете художник в очередной раз идет наперекор традициям. Вместо принятого изображения корпорантов в виде эффектно позирующей или восседающей за пиршественным столом группы он изобразил единомышленников, увлеченно слушающих главу корпорации — первого анатома Амстердама Николаэса Тульпа. Все они объединены общим действием, но каждый имеет свою индивидуальную характеристику: на их лицах выражена целая гамма чувств — от огромного интереса, внимания и сосредоточенности до сомнения и безразличия. Столь необычное, живое и яркое полотно вызвало бурю восторга. Картина, собиравшая толпы зрителей, сделала Рембрандта знаменитым. В это счастливое время к живописцу сразу пришло все, о чем он только мог мечтать: осознание собственной силы, слава, материальный достаток и... любовь. Шумный рыжеволосый гигант (таким он предстает на автопортретах и в воспоминаниях современников) был покорен «маленькой фрисландкой», очаровательной и жизнерадостной Саскией ван Эйленбюрх. Она была дочерью бургомистра города Леувардена, и брак с ней не только принес Рембрандту солидное приданое жены (40 тысяч флоринов), но и позволил получить наконец статус «жителя Амстердама», а также войти в гильдию Св. Луки (1634 г.). Он покупает в рассрочку богатый двухэтажный дом в центре города. Теперь художник может позволить себе заняться коллекционированием произведений искусства, приобретением редких вещей, одежды и украшений, которые он блестяще использует при создании своих исторических полотен. Саския становится его постоянной и любимой моделью. Один из рисунков изображает задорную, смешливую девушку. Из-под соломенной шляпки выбиваются золотистые локоны, большие голубые глаза полны счастьем. Художник откровенно любуется своей избранницей и, чтобы увековечить счастливое событие, делает надпись: «Это портрет моей жены в возрасте 21 года, сделанный в третий день после нашей свадьбы, 8 июня 1633 года». Цветущей и все еще привлекательной, несмотря на три беременности, закончившиеся смертью детей, предстает она и на трех холстах в виде богини весны Флоры (1634, 1635 и 1641 гг.), атакже взнаменитом «Автопортрете с Саскией на коленях» (1636 г.). Несмотря на название, сюжет этой картины нередко трактуют иначе. Большинство исследователей действительно склонны считать ее парным портретом, изображающим супругов в момент веселья во время одного из многочисленных пиров, которые они так любили задавать в своем доме. Однако немало искусствоведов называют эту картину «Аллегорией о блудном сыне», считая ее написанной по мотивам известной библейской притчи. Так или иначе, но это одно из самых жизнерадостных и светлых произведений Рембрандта.

Читать дальше