Спонсоры:
Спонсоры:

Паганини Никколо

Вскоре Никколо Паганини стал учителем музыки в доме старшей сестры Бонапарта — Марианны Элизы Бачокки, которую за красоту называли Белой Розой. Ее муж брал у Никколо уроки игры на скрипке. А сама Белая Роза стала любовницей гениального скрипача. Но их тайные встречи быстро надоели Паганини, и он уехал из Лукки под предлогом концертного турне. Судьба свела музыканта и с младшей сестрой Бонапарта Паолиной. Их недолгая связь едва не переросла в громкий скандал. Очередной пассией Паганини была певица Антония Бьянки, впоследствии ставшая его женой. У них родился сын Ахилло, но мать от него отказалась. Никколо развелся с Антонией, выплатив ей огромную сумму отступных, и сам решил воспитывать ребенка. В это же время он чуть было не женился на баронессе Елене Фейербах, дочери знаменитого философа Людвига Фейербаха, но увлекся молодой оперной певицей Марией Молибран, которая вскоре умерла. Незадолго до смерти Никколо Паганини говорил о том, что единственная дорогая вещь, доставшаяся ему от женщины, это шапочка, сшитая из свадебного платья его матери. И действительно, великий скрипач никогда не был по-настоящему счастлив в любви. Музыкант объездил с концертами всю Италию, а затем отправился покорять другие европейские страны. С 1828 по 1834 год он дал сотни концертов в крупнейших городах Европы, заявив о себе как о самом удивительном виртуозе целой эпохи. В Германии Никколо Паганини получил титул барона. А в музыкальной столице — Вене ни один артист не пользовался такой популярностью, как своенравный итальянец. Известность Паганини как гениального скрипача росла необычайно быстро. Всюду, где бы он ни выступал, за ним тянулся шлейф сплетен и слухов. Его завистники рассказывали, что скрипач еще недавно возглавлял шайку разбойников, бежал из тюрьмы, уморил жену и убил любовницу. Гнусные газетенки годами писали обо всем этом как о доказанных фактах. Некоторые из музыкантов-современников Паганини отказывались верить, что в технике игры на скрипке он превзошел всех виртуозов своего времени. Они считали его славу слишком преувеличенной и раздутой. Л. Шпор писал: «Его сочинения... представляют собой причудливую смесь гениальности, детскости и безвкусия». Но одновременно, когда Паганини дал несколько концертов в Германии, известный скрипач Бенеш, впервые услышав его игру, был настолько потрясен мастерством своего коллеги, что сказал своему приятелю Йелло: «Ну, мы все теперь можем писать завещание». Никколо Паганини на своих концертах был способен доводить слушателей до экстаза. Его нестандартные приемы игры на скрипке, подчас «диаметрально противоречащие» принятым в его время классическим образцам, заставляли современников поверить в то, что у него есть какая-то тайна, причина его необычайного успеха и популярности. Многие недоброжелатели говорили о том, что он продал душу дьяволу. Некоторые слушатели замечали, что во время концертов вокруг Паганини танцевал силуэт с рогами и хвостом. Другие рассказывали, что Никколо Паганини — просто фигляр и шут, паяц и лжец, а его игра — просто иллюзия. Паганини никогда не исполнял сочинения других композиторов на своих концертах. Не потому, что их не знал, а потому, что он не смог бы их сыграть так гениально, как свои собственные. Он чувствовал себя свободно только в своей музыке, которая была органичным продолжением его самого. Природа создала Паганини идеальным артистом. Гениальность его игры заключалась в нем. Трудно объективно рассказать о внешности знаменитого скрипача. Одни видели в нем мужчину дьявольской красоты, другие описывают его иначе. Наиболее подробное описание внешности знаменитого скрипача оставил его враг — Франческо Беннати: «Высокий лоб — широкий и квадратный, орлиный нос, изогнутые в ехидной, почти как у Вольтера, усмешке губы, большие торчащие уши, длинные взлохмаченные волосы, контрастирующие своей чернотой с бледностью лица». Беннати в своей статье «Физиологический очерк» писал: «Чтобы быть Великим Паганини надо соединить в себе идеальный музыкальный разум и чувствительнейшие органы, чтобы использовать этот разум. По своему уму Паганини мог бы быть выдающимся композитором, достойнейшим музыкантом, но без своего утонченного слуха и без особого строения тела, без своих плеч, рук и кистей он не мог бы стать бесподобным виртуозом, которым мы восхищаемся». Паганини отличался не только неповторимой манерой игры, но и своим особым способом держать скрипку. Многие из тех, кто побывал на его концерте, говорили, что его поза во время игры была некрасива и абсолютно неестественна. На всех карикатурах того времени показывают знаменитого музыканта со скрипкой, уложенной на левое плечо, поднятое немного выше правого. Весь корпус, невероятно искривленный и устремленный вперед, выглядел напряженно и нелепо. Все это оборачивалось «поразительной легкостью и совершенством исполнения, абсолютной свободой и непринужденностью движений».

Читать дальше