Спонсоры:
Спонсоры:

Тициан

Огорчал Тициана только старший сын Помпонио именно своей неумеренностью, дурным поведением и мотовством. Младший Орацио был ему надежной опорой и помощником. Он работал с отцом в Аусбурге, Падуе, Болонье, Риме, Урбино и в других городах. И если неизвестно, как выглядела жена Тициана, то кроткая дочь Ла-виния часто служила отцу моделью. Она предстает перед зрителем то совсем юной, наивной и простой, одетой в белые шелка, то грациозно ступающей с чашей фруктов над головой. С нее художник пишет «Соломею», а спустя несколько лет изображает Лавинию молодой матроной с той же доброй улыбкой и взглядом. Тициан всегда с чувством искреннего восхищения рисовал женщину. Эти картины — вдохновенный гимн жизнеутверждающей красоте, равных которым по искренности и реализму мало в мировом искусстве. Прекрасная «Флора» (1515 г.) — златовласая пышущая здоровьем красавица — выражает высокий идеал женственности и чистую юную радость. Теплый цвет кожи богини цветов в сочетании с прозрачной белизной приспущенной рубашки выглядит «божественным куском живописи». Кисть Тициана рисует пленительную женскую красоту то в драгоценной оправе из бархата, парчи, шелка, мерцающих драгоценностей («La Bella», 1536 г.; «Элеонора Гонзага», 1536—1538 гг.), то обнажает ее как нимфу. Томно нежится на белых простынях золотокосая венецианка — «Венера Урбинская» (1536 г.). Словно джорджоновская «Спящая Венера» стала реальной женщиной и приоткрыла глаза. «...И мы увидели взор влюбленной женщины, обещающей большое и здоровое счастье», — писал о картине А. Бенуа. Мягко светятся роскошные «тициановские волосы», тепло исходит от янтарно-золотистого гибкого тела. Она божественно величава и по-земному пленительна и реальна, а у ее ног буднично спит длинноухая собачка. Высшим достижением в изображении цветущей женской красоты стала написанная стареющим мастером «Венера перед зеркалом» (1555 г.). Царственная фигура богини любви передана Тицианом почти осязательно. Эта красавица олицетворяет все чары и соблазны. Ее плоть упруга и нежна, под тонкой кожей пульсирует жаркая кровь. В ней нет ничего порочного, а только обещание полноты счастья. «Можно сказать столь же определенно: никто в живописи до и после Тициана не воспел с таким вдохновением, как он, сияющую красоту женщины, пленительную, полуденную красоту, как бы олицетворяющую лучезарную красоту самой Венеции, и всю радость бытия, все земное счастье», — так поэтично сказал писатель Лев Любимов о созданных художником женских образах. «Пламенеющие тициановские краски», «тициановская пластика цвета», «торжество тициановского жизнеутверждающего начала», «тициановский импрессионизм» — эта целая эпопея творческих достижений мастера, увлекающая могучей силой реализма, оказала огромное воздействие на живописцев следующих поколений: Рубенса, Ве-ласкеса, Рембрандта, Ватто, Пуссена и многих других. С необузданной энергией художник работал до конца жизни. Венецианский писатель XVII в. М. Боскини, со слов ученика Тициана Пальмы Младшего, так описал творческий процесс мастера: «Он поворачивал холсты лицом к стене и оставлял их так в течение нескольких месяцев; а когда снова брался за кисти, он изучал их так сурово, будто они были его смертельными недругами, чтобы обнаружить в них ошибки; и обнаружив что-то, не соответствовавшее его замыслу, он как благодетельный хирург... начинал прибавлять и убавлять... Работая так, переделывая фигуры, он доводил их до высшего совершенства, какое может дать Природа и Искусство». Именно таким — требовательным к себе, упорным в работе — представляется Тициан в своем последнем автопортрете (ок. 1565 г.). Лицо исполнено творческой мудрости, духовной силы, зоркости и строгости. Этот величественный старец сам строил свою судьбу. И своей последней работой «Оплакивание Христа» (или «Пьета», 1573—1576 гг.) как бы подвел итог своему жизненному пути. Она создавалась Тицианом для собственного надгробия и звучит как торжественный реквием. Это крик отчаяния, потрясающий душу, в нем есть протест против неизбежного конца. В этом неоконченном шедевре (завершен учеником Пальмой Младшим) нет ни тени рутины, ни намека на угасание таланта. Он написан уверенной и опытной рукой великого мастера. До последнего мгновения, пока художник мог стоять и работать, он писал «Пьету». 27 августа 1576 г. Тициан скончался. Эпидемия чумы унесла его, а вслед за ним и младшего сына Орацио. Несмотря на запрет хоронить умерших от чумы в церквях, венецианцы предали тело гениального художника земле в капелле церкви Санта Мария Глориоза деи Фрари. Ведь «солнечный гений Тициана согрел всю венецианскую живопись, — писал Л. Любимов. — Он был для них «богом живописи» сам по себе, без всякого дополнения, и остался им для всех живописцев последующих столетий, которые пошли по пути, проложенному венецианской школой под его знаменем».