Спонсоры:
Спонсоры:

Толстой Лев Николаевич

Духовный перелом у Толстого произошел на рубеже 1880-х годов. Поистине выстрадав свое новое миропонимание, он обрел в нем опору для жизни и дальнейшего творчества. По-своему переосмыслив учение Христа, Толстой сделал неожиданное для себя открытие: «Жизнь вдруг переменилась: мне перестало хотеться того, что прежде хотелось... Случилось со мной то, что случается с человеком, который вышел за делом и вдруг решил, что дело это совсем не нужное, и повернул домой. Я так же как разбойник на кресте поверил учению Христа и спасся». С этого момента началось духовное перерождение Толстого и, по определению Бунина, его «освобождение». Суть учения Христа, по Толстому, кратко можно свести к нескольким пунктам: — основная идея жизни — идея религиозная; — религиозная идея практична; — современное представление о мире противоречит учению Христа; — не противься злу; — помогай ближнему и люби его. Толстовские взгляды разделялись далеко не всеми почитателями его таланта. Резко отреагировала и церковь, отлучившая Толстого «от своего лона» и назвавшая его религиозные толкования еретическими. В 1903 г. вышло даже специальное постановление Св. Синода о признании Толстого не принадлежащим к церкви, что грозило ему лишением права на христианское погребение. Но Толстой уже не нуждался в поддержке церкви, он искал истину в своем сердце и разуме и не прекращал этот поиск до конца своих дней. О необходимости постоянной внутренней работы и ее значимости он писал: «Писатель ведь дорог и нужен нам только в той мере, в которой он открывает нам внутреннюю работу своей души. Что бы он ни писал: драму, ученое сочинение, повесть, философский трактат, лирическое стихотворение, критику, сатиру — нам дорога в произведении писателя только эта внутренняя работа его души, а не та архитектурная постройка, в которую он большей частью укладывает свои мысли и чувства». Писатель и моралист, поэт и философ, реалист и идеалист, религиозный мыслитель и отрицатель церкви как института власти, Толстой до конца был верен своим моральным обязательствам перед Богом, людьми и собой. К сожалению, уйти с миром ему не пришлось. Последние месяцы жизни писателя были омрачены тяжелой семейной драмой — обострением отношений с Софьей Андреевной, связанным, в первую очередь, с несколькими завещаниями Толстого относительно будущего его произведений и «Дневников». Разлад в семье сказался на душевном и физическом состоянии писателя. Уход 82-летнего Толстого из Ясной Поляны 28 октября 1910 г. стал последним актом отречения от собственного прошлого и еще одной дерзкой, хотя и безуспешной, попыткой освободиться от мучительных сомнений в истинности своей веры. В то же время это был последний акт бунтаря против раз и навсегда заведенного порядка, оборачивавшегося в итоге житейской бессмыслицей. Но уйти «из мирской жизни, чтобы жить в уединении и тиши последние дни своей жизни», Толстому не удалось. Едва только пронесся слух, что граф Толстой тайком, ночью ушел из дому, как министр внутренних дел телеграфировал подчиненным, чтобы те «не спрашивали у него паспорт, если такого не окажется». Корреспонденты русских и европейских газет тут же отправились по следам писателя. Через день после появления Толстого в Астапово, крохотной железнодорожной станции, ставшей в мгновение ока знаменитой на весь мир, уже собралась вся семья, от которой он бежал. Во все концы мира шли телеграммы с бюллетенями о его здоровье, а умирающий писатель считал, что он наконец скрылся от мира и что никто не знает, где он... Лев Николаевич остался верен себе до конца. «Зачем вы заботитесь обо мне, когда есть миллионы людей, о которых надо заботиться», — такова одна из последних фраз, произнесенных им перед смертью, которая наступила 7 ноября 1910 г.